Вечное Рождество

"Наконец-то... снег", думала Утэна, глядя в окно на падающие снежинки. Гипнотизирующие, слепленные по две и по три, снежинки, как танцующие девочки, водили хороводы в воздухе. В предвкушении каникул Тэнджо совершенно не хотелось слушать учительницу, особенно сейчас, когда снежинки так отчетливо представлялись ей балеринами в белых пачках. Представляя себя среди них, Утэна возвращалась мыслями к вчерашнему вечеру с Анши ― они украшали комнату, развешивали гирлянды, светящиеся шарики, вся стена справа и слева от окна была оплетена мигающими фонариками. Ну просто дух захватывало от восторга!
"Тэнджо-сан, отвечайте".
Черт, попалась!
"Повторите вопрос, пожалуйста..."

* * *

"Снег... как тогда. Помнишь, на улице шел снег, когда мы в первый раз встретились? Я все думал: неужели, чтобы розы цвели вечно, необходимо делать их из бумаги? Ответом мне был вот этот подарок... от Конца Света ― вечная юность, чтобы наблюдать эти вечные цветущие розы. Я пришел к выводу, что каждый в Академии видит ту погоду, какая ближе всего его сердцу... Хотя очень хотелось бы верить, что я ― единственный избранный, чьи розы никогда не вянут".
"Почему ты никогда не показываешь мне наружный мир?"
"Потому что тебе не обязательно его видеть. Ты вечен, мой мальчик. Тебе скоро наскучит созерцание смены времен года".
"Но, сэмпай..."
"Не нужно..."
"Ты всегда так нежен, сэмпай".
"Скоро Рождество".
"Это ― ёлка и подарки?.. Я хочу увидеть снег".
"Ты видел снег множество раз. Я могу принести тебе немного. Я навеки сохраню для тебя этот снег".
"Ты красиво говоришь, сэмпай... Это тоже предмет твоих исследований? Ну что ты смеешься? Ты всегда смеешься надо мной".
"Я просто вспомнил... Твоя сестра говорила, что любит яркие цвета. Я предложил ей несколько статей о влиянии цвета на подсознание человека... Она назвала меня толстенной энциклопедией без картинок".
"Моя сестра... любила все цветное".
"Да. Особенно розовое и красное".

* * *

"Химемия-сан! Почему ты поливаешь розы сегодня? Ты же вчера все полила".
"Это ― особый сорт, Вакаба-сан. Они никогда не отцветают. Зима, осень, весна, лето ― всегда новые побеги, так, что даже не замечаешь, когда старые бутоны сменяются новыми. Поэтому их называют "невянущими розами". Единственное обязательное условие их здоровья ― обильная поливка!"
От воды шел пар. В оранжерее всегда было очень тепло, хотя не было видно ни обогревателей, ни труб с горячей водой.
"Вакаба! Химемия! Вот вы где!" Утэна остановилась на пороге, и холодный ветер замел внутрь пригоршню снежинок, тут же растаявших на горячем асфальте.
"Утэна-сама, прикройте, пожалуйста, дверь... розы не терпят холода! Спасибо!"
"Фффух, тепло..." довольно протянула девушка, отряхиваясь от капелек, повисших на челке.
"Ну так что, Утэна? Химемия? Мы пойдем на рождественскую вечеринку? Я слышала, будут ученики из Амстердамской школы и все-все старшеклассники..."
"Не люблю я это, ты же знаешь... Лучше приходи к нам, я видела в нашем крыле камин. Надеюсь, никто не будет возражать, если мы разведем огонь..."
"Утэна, как можно сидеть дома в Рождество! Это же глупость! А там соберутся две школы... Учителя, скорее всего, мешать не будут... К тому же, будет маскарад! А потом все повалят на улицу в снежки играть. Весело же!"
Химемия с лейкой в руке улыбалась, ожидая вердикта Утэны. Вакаба приводила все более нелепые, но, как ей казалось, достойные доводы.
"Хорошо, хорошо..." устало брякнула Утэна, и подруга тут же повисла на ней с криком восторга. "Эй, эй... ты уронишь меня на куст..."

* * *

"Принеси мне розу. Белую. Пожалуйста".
"Тебе надоели черные розы, Мамия?"
"Нет, что ты, сэмпай. Просто я так давно не видел ничего белого... А ты все время говоришь о снеге..."
"Да, снег нынче прекрасен. Густой, пушистый и хрустит под ногами".
"Знаешь, ты все же не похож на энциклопедию без картинок. Я очень хорошо все себе представляю... Ты принесешь мне белую розу?"
"ну, хорошо, если ты так хочешь. В канун Рождества все желания должны исполняться".
"Все-все? Даже самые сокровенные?"
"Да. Даже самые сокровенные".

* * *

"О, Утэна-сама! Почему вы не в карнавальном костюме?"
"Это ― мой карнавальный костюм. Называется "школьная форма"", бурчала Утэна направо и налево. Ей одной не пришло в голову переодеться к празднику, ведь даже Анши соорудила себе ведьминский плащ. Вакаба оделась пиратом, стянув из кладовки Восточного крыла гуталин и какие-то изодранные простыни.
"Я чувствую себя не в своей тарелке", процедила она на ухо Вакабе, заметив на себе взгляд Президента Школьного Совета. Однако опасность миновала ― кто бы мог подумать, что Нанами когда-нибудь выступит в роли спасительницы? Сейчас так оно и было: сестренка, крепко ухватив Тогу под руку, старательно оттаскивала его в сторону от толпы Амстердамских старшеклассниц.
"Слава богу..."
"Утэна-сан?"
Этот голос...
"Микаге-сэмпай! Я не знала, что бы будете здесь". Невольно краска бросилась в лицо ― девушка вспомнила проницательный взгляд и откровенные слова, словно невзначай оброненные старшеклассником в оранжерее несколько дней назад.
"Я и сам не знал. Ты танцуешь?"
"Вообще-то я..." сомневаясь, Утэна встретилась глазами с Вакабой, которая, бурно жестикулируя и подмигивая, определила ответ за нее. "...Да, танцую".
"Хорошо".
Утэна огляделась. Зал был наполнен танцующими парами, а она и не заметила! Рука Микаге легла на ее талию, вторая сжала ладонь.
"Здесь много народу, не правда ли?" подчеркнуто вежливый голос, ничего не значащие движения в танце.
"Да, очень. Похоже, действительно собралось две школы".
Старшеклассник кивнул.
"Я подумал, что неплохо было бы познакомиться с тобой поближе, Утэна-сан".
Поближе? Что он имеет в виду?
Девушка растерялась, и на несколько мгновений оказалась в плену у его магнетического, как ей показалось, взгляда.
"Тебе разрешено срывать невянущие розы", словно под музыку, напевно зазвучал мягкий, но уверенный голос.
"А я думала, ты... ты же был в оранжерее, сэмпай".
Он покачал головой.
"Я о другом. Ты можешь делать все, что хочешь с этими цветами".
"Не поняла... Чего тебе нужно?" Утэна остановилась, и Микаге тут же наступил ей на ногу.
"Прости, Тэнджо-сан".
"Ты прости..."
"Мне нужна белая роза, которая не вянет", на этих словах он наклонился к самому ее уху, и теплое дыхание пощекотало кожу.
Девушка снова неудержимо покраснела. Что это все значит?.. Он хочет... розу того сорта, о котором говорила Химемия? Или в этом опять нужно искать какой-то скрытый смысл? Микаге очень прямолинеен, это она успела отметить, но ведь и загадка может быть прямолинейной!
"Ты хочешь, чтобы я просто подарила тебе белую розу из зимней оранжереи?" как можно спокойнее спросила она.
"Да... но лучше не дарить. Просто отдай ее мне. Подарки не передаривают".
"Ясно..." Ничего ей не было ясно. Он что, хотел подарить эту розу кому-то еще? А почему сам не мог сорвать ее? Или, в конце концов, купить?
"Мне нужен именно этот сорт", словно услышав ее мысли, произнес Микаге. "А сорвать такую розу может лишь обрученная".
"Так вот в чем дело!" музыка уже поменялась, и Утэна с удивлением поняла, что Микаге все еще обнимает ее за талию. Она тут же отступила на шаг. "Ты намекаешь на дуэль! Ты что, хочешь..."
"Тише, Утэна-сан".
Утэна, переведя дух, огляделась. Слава богам, никто не услышал.
"Просто мне надоели черные розы," шепнул он ей, прежде чем исчезнуть в толпе празднующих.

* * *

"Где моя роза?"
"Прости, я не смог сорвать ее сейчас... Завтра, хорошо?"
"Неужели в Академии мало роз?"
"Тише, малыш... я принесу тебе столько белых роз, сколько захочешь... Ты стал таким требовательным".
"Прости, сэмпай!"
"Ничего, все в порядке. Я понимаю. Мы близки к нашей цели..."
"Я не могу быть невестой-розой, если у меня нет роз".
"Будут. Сейчас зима".
"Зима... Это ― время, когда все увядает? Да, ты... говорил о снеге. Ты обещал мне кусочек снега. Он ― тоже белый, я помню..."
"Все увядает, чтобы возродиться вновь. Мы вечны посреди смены времен".
"Ты снова задумался о чем-то, сэмпай. Хочешь начать новое исследование?"
"Нет, сначала я доведу дело до конца. А знаешь, она действительно очень похожа на твою сестру".
"Кто?"
"Невянущая белая роза".

* * *

"Значит, ты стоишь за всем этим!"
Девушка стояла перед ним, раскрасневшись, уперев руки в бока.
"Завтра ― Рождество, Утэна-сан".
"Ну и что! Мне плевать на праздники! Отвечай мне: зачем ты манипулировал моими друзьями?!"
"Как ты планируешь провести завтра время?"
"Да оторвись ты от этих роз!" Микаге гладил упругие лепестки, задумавшись о чем-то своем. Иллюзия... Действительно ли Токико вернулась в его жизнь в образе этой девушки?.. Его волновала лишь Цель, лишь Идея, лишь... Мамия. Но теперь ему нужна была Роза.
"Мамия, мой маленький принц... Кто из нас ― чья роза? Я не хочу, чтобы увял ты... Поэтому я сделаю тебя Невестой-розой, во что бы то ни стало".
"Сэмпай..." эхом в голове.
"Сэмпай!!!" Удар по лицу. Очевидно, она приняла его отрешенность за личное оскорбление. Сильная... Он схватился за пылающую щеку и уже знал, что за этим последует. "Я вызываю тебя на дуэль!.."

* * *

Лифт.
Жаль, тут так тихо.
Жаль, что под землей нет окон.
Жаль, что не видно снега.

* * *

"Поцелуй меня".
"Что-о?!"
"Поцелуй меня".
"Ты слышал, что я сказала?! Я вызываю тебя на дуэль!"
"Погоди... Я не подчиняюсь правилам Печати Розы. Меня не могут выгнать из Академии, пока я сам ее не окончу".
"Ч-что за чушь... отпусти!.."
"Токико..."
"Я ― Утэна! Почему ты все время называешь меня так?!"
"Конечно, Утэна-сан..."
"Отпусти!!!"
Лепестки разлетелись в разные стороны. Как же тут жарко!
"Я хочу тебя..."
"Я... вызвала... тебя... на дуэль!.." срывающийся крик. Щеки пылают, дыхание сбивается.
"Я сказал, что не подчиняюсь правилам Печати розы..."
"Ты отказываешься от дуэли?!"
"Я хочу тебя..."
"Замолчи!"
Еще удар. "Подставь другую щеку... Как остры шипы у невянущей розы... Если она цветет вечность, то целую вечность она будет оттачивать свое оружие, некогда такое слабое и безопасное... Теперь это ― оружие против рук, срывающих цветок из корысти..."
"Сэмпай..."
"Утэна-сан... Ты проведешь со мной Рождественскую ночь?"
"Ты хочешь, чтобы я избила тебя в кровь?!"
"Послушай..."
Как же жарко...
Она в отчаянии. Как Токико тогда, когда Мамия поджег Зал. Огонь, жара, а снаружи ― холод. Снег. Хороводы вокруг ёлки... "Я вспомнил! Тогда тоже был канун Рождества!"
"Ты сошел с ума, Микаге!"
"Мне нужна эта роза, понимаешь? Она нужна мне... Ты нужна мне..."
Взять себя в руки, взять себя в руки... Он хотел добавить: "Ты нужна мне, Токико", но понял, что не мог произнести ее имени, глядя на эту девушку...
"Рождественской ночью. В полночь. На Арене Дуэлей".
Утэна выбежала из оранжереи, всхлипывая от ярости. Слезы злости душили ее. А ведь она обещала своему Принцу никогда не плакать!.. "Этот... невозможный человек! Что ему нужно от меня? Что?!"

* * *

"Скоро полночь, сэмпай..."
"Рождественским утром всегда получают подарки... я надеюсь, что наши желания исполнятся".
"Роза... снег..."
"Прости, прости..."
"Ты плачешь, сэмпай?.."
"Нет, это... кровь".
"Ты ушибся?"
"Шипы часто бывают слишком острыми, чтобы победить их в борьбе за сам цветок..."
"Ради меня ты боролся с шипами?.."

"Ради тебя, мой маленький принц..."
"Твое желание обязательно исполнится".

"Ты... вдруг посерьезнел. Почему ты смотришь на меня так?"
"Как?.. Все в порядке, сэмпай. Возвращайся скорее".

* * *

"С Рождеством, Утэна-сан".
"С Рождеством, сэмпай".
У нее воинственный, решительный вид. Она скрывает волнение и страх перед темнотой. Она ни разу не дралась ночью.
"Подойди ко мне, прошу тебя".
Она подошла. Доверчива... или проницательна?
"Я слушаю".
Холодна...
"Утэна... прошу тебя, отдай мне свою розу".
"Я не отдам ее тебе без дуэли, Микаге".
"Умоляю..."
Что? Что с ним? Он...
Опускаясь на чуть припорошенный снегом каменный пол Арены, он чувствовал лишь холод и одиночество. Холод и страх тождественны.
Она наклонилась над ним. Колени совсем не чувствовали холода.
"Ты болен, сэмпай? Мы можем отложить поединок".
"Я прошу. Ты видишь... этот снег?"
"Да, вижу". Что с ним?
"Я вижу его все время. Я не чувствую лета. На ступенях Мемориального Зала всегда лежит снег".
"О чем ты? Я осенью гуляла там с Мики. Никакого снега не было. Да и откуда снег осенью?"
"Он всегда здесь. В другом виде, но он всегда, всегда здесь... Как розы бывают разных сортов и цветут в разное время года".
"Микаге, ты, очевидно, сошел с ума. Химемия говорила, что это бывает с гениями... Наверное, поэтому она так плохо учится... Так и быть, давай не будем драться сегодня. Я отведу тебя к врачу". Она отошла.
"Подожди".
Снизу вверх на нее смотрели спокойные, абсолютно чистые глаза ― без тени безумства, помешательства, страха. Гипнотизирующие глаза.
"Поцелуй меня".
Вздох. Упрямо:
"Я не хочу".
"Пожалуйста, Утэна".
Надо же... он был уверен, что назовет ее Токико...
Он поднялся с каменного пола и сделал шаг вперед. На этот раз она не двинулась с места.
Она не сделала ничего и тогда, когда губы Микаге прикоснулись к ее собственным. Холод, мягкость, нежность, прикосновение ― как шелком. Несколько секунд...
"Это невозможно, Мамия..."
Я... Роза... Токико...

* * *

Тихие снежинки залетают на подоконник сквозь приоткрытую форточку. На стекле ― причудливые узоры.
"Ты этого хотел, Немуро? Свободы?"
Словно рукой Снежной Королевы на стекле нарисовался четкий контур цветка.
"Или ты, как Спящая Красавица, проснулся лишь от поцелуя Принца?"
Еще два бутона, раскрываясь, затмили предыдущий контур; шипы, увеличиваясь, кололи ровный серебряный фон.
"Твои сны подошли к концу... Чего ты пожелал в последнюю секунду перед полуночью? Вечности? Или... невянущей розы? Или... может быть, ты хотел вернуть то, что принадлежало тебе раньше... годы назад?"
Лента серебра опоясала огромный букет, и шикарный бант украсил его сбоку.
"Прощай, Немуро-кун. С Рождеством, Академия! С Рождеством, мой маленький мир..."
"С днем Рождения, брат", в комнату зашла девушка в школьной форме. "Может, закрыть форточку? Тут прохладно".
"Здравствуй, Анши".
"Брат... Я хочу познакомить тебя со своей подругой. Это ― Тэнджо Утэна".


"Снег перестал падать".
"Угу..."
"А розы отцвели. Теперь ― только следующей зимой".
"Угу..."
"Вы спите, Утэна-сама?.."
"Странный вкус на губах... И... почему у меня в петлице так и осталась моя роза? Я думала, она всегда исчезает через несколько секунд после того, как я покидаю Арену... Странно".
"Вкус? Хмм... Я добавляла в мой колотый лед немного ягодного морса и того розового джема, помните?"
"Угу..."


Под утро в светлеющем небе зажглась еще одна звезда.
Еще один день Рождения бога.
Еще кто-то получил вечность.